2 3 4 5 6 7

Стефания Гродзеньска Стефания Гродзеньска — типичная элегантная варшавянка послевоенных лет, «первая леди польского юмора», как её часто называют. Польская Тэффи. Мало кто знает, однако, что это именно она (под псевдонимом «Стефания Ней») опубликовала когда-то, на заре своей писательской карьеры, воспоминания «Дети гетто» — о варшавском гетто ей известно отнюдь не понаслышке…

Варшавянкой она стала лишь с 1933 года, а родилась Стефания Гродзеньска в Лодзи. До войны ей довелось побывать и танцовщицей, и конферанье, и артисткой эстрады. Её талант рассказчика, её меткий глаз и мягкий юмор в полной мере смогли оценить читатели послевоенного польского журнала «Шпильки». Она написала множество сатирических монологов и скетчей, которые с удовольствием исполняли самые известные польские актёры. Кстати говоря, её фельетоны и юморески легли в основу образа пани Моники в знаменитом нашем телевизионном «Кабачке» 70-х годов. Юмор её нередко бывает с оттенком грусти… а, может, наоборот: её «грустные» рассказы всегда окрашены самоиронией и юмором.

На титульном листе старого сборника юморесок, который называется «Лягушонок», — её фотография и короткое вступительное слово:

Я родилась в один из дней 2 сентября дочерью очень умного отца и очень красивой матери, что наводит на мысль о том, какой я могла быть, если б не злой фокус природы. Образование я получала в балетной школе, быстро и с увлечением, с омерзением относясь к умственному труду, что, соответственно, отразилось и на моей теперешней профессии. Стало быть, профессия по образованию — танцовщица, профессия по жизни — писательница. Иногда я сижу у окна и думаю: что-то теперь из меня получится?..

В нашем цикле «Мир Стефании Гродзеньской» вниманию читателей предлагаются несколько небольших рассказов (в переводе Валентина Антонова) из её сборника «Brzydki ogród», вышедшего в Лодзи в 1974 году. Сама писательница поместила их в этом сборнике в рубрику с коротким заголовком: «Те, которые мне нравятся». Первый из публикуемых рассказов называется «Żabka». Другие рассказы — «О бессилии», «Умная женщина», «Ежегодная ревизия», «Глупые мысли», «Страшная история» и «Одинокие в воскресенье вечером» — вы можете прочитать, следуя по указанным ссылкам.

Лягушонок

Был праздник. Я сидела дома и смотрела в окно. Все куда-то спешили, все нарядно одетые, умытые, возбуждённые, с необычными выражениями на лицах. Каждый торопился на какую-то встречу, и только я в одиночестве смотрела прямо перед собой и не ожидала ничего. Только у меня не было никаких планов, никто ко мне не спешил, никто не вскакивал в трамвай, задохнувшись на бегу, чтобы как можно скорее со мной увидеться. Даже телефон, от которого в будний день невозможно было отцепиться, даже телефон молчал как проклятый. А мне так хотелось услышать чей-нибудь голос, который вернул бы меня в мир живущих… пусть что-то и несерьёзное, пусть и по ошибке…

И вдруг он зазвонил. Я схватила трубку.

— Алло!

— Лягушонок? — раздался в трубке приятный мужской голос.

— Что, простите?

— Лягушонок не узнаёт? Это птенчик.

— Ну… разве что так, — неуверенно сказала я.

— Что лягушонок делает?

— Стоит у телефона.

— На своих прелестных ножках?

— Ясно, что не на ручках.

Мужской голос широко улыбнулся и похвалил:

— Лягушончик шутник.

— Как сто тысяч чертей.

— А что поделывает носик?

— Какой ещё носик?

— Ну, твой носик.

— Он на месте, — сказала я после проверки.

— Малюсенький носик.

Я задумалась, не стоит ли мне подтвердить это, но решила не отходить от правды.

— Он не такой уж и малюсенький. Так себе, средний.

— А глазики?

— Что — глазики?

— Сколько у твоего птенчика глазиков?

— Сколько глазиков может быть у птенчика? Надеюсь, что два.

— А сколько у лягушонка ушек?

— Минуточку. Сосчитаю. Два.

— И оба прелестные?

— До неприличия.

— А которое прелестней?

— Кому как нравится.

— Оба одинаковые?

— Не совсем. Одно левое, другое правое.

— А лягушонки любят птенчиков?

— Честно говоря, я не сильна в орнитологии.

— А вот птенчики любят лягушонков.

— Да, в качестве еды. Особенно аисты.

Кажется, птенчик почувствовал себя задетым моей холодной интеллектуальной шуткой, так как буркнул в ответ:

— Плохой лягушонок. Не хочет ласкаться.

— А кто это сказал? — возмутилась я. — Как раз наоборот, с удовольствием бы поласкалась.

— Но не с птенчиком.

— Ох, в конце концов, пусть бы даже и с птенчиком.

Видимо, это прозвучало очень меланхолично, ибо птенчик забеспокоился.

— Лягушка печальная?

— Печальная.

— Отчего?

Отчего я печальная… Ах, много чего можно было бы тут порассказать. И я решила дать более или менее правдоподобное объяснение.

— Суп у меня подгорел.

— Ой, лягушка ты лягушка, я-то уж знаю, что ты хочешь этим сказать, — пикантно прошептал птенчик, — но вот придёт птенчик, чмокнет — и сразу лягушонок будет весёлым.

Вдруг я поняла, что есть кто-то, кому чмоканье этого идиота может казаться делом жизни и смерти.

— Ну, довольно этого, отстаньте от меня, пан Птенчик, — сказала я с неприязнью. — Меня вы и так чмокать не будете, так что прекратим этот разговор.

— Что такое? — остолбенел птенчик. — Вы… вы не… Так что ж вы мне сразу не сказали? Зачем вы мне голову морочили?

— Я вам голову морочила? Ничего себе! Я честно отвечала на все ваши идиотские вопросы. Вы спросили, сколько у меня ушек. Ну, сколько, как вы думаете? Семь? Нет, у меня два ушка, и я вас так и проинформировала. Вы спросили, где у меня носик. А где он у меня должен быть? За ухом? На пятке? Нет, мой носик на своём месте. Правильно? Правильно. Я стою на ножках, трубку держу в ручках, а вам… а вам я всё это сказала в ответ на ваши вопросы. Так в чём дело?

— А «лягушонок»? Я вам говорю «лягушонок», а вы шутите глупые шутки. Вы могли бы сразу сказать, что это ошибка и что вы не лягушонок.

— А откуда вы знаете, что я не лягушонок? Вы думаете, что ваш лягушонок один-единственный на всём свете? Может, я тоже лягушонок.

— Да-а, хорош лягушонок! — саркастически протянул птенчик.

— Да уж получше вашего. Есть такие, для кого я лягушонок. А вы для меня такой же птенчик, как индюк или гамадрил.

Я бросила трубку и опять уселась у окна. Одинокий праздничный вечер тянулся медленно-медленно.

Этот идиот, впрочем, был прав, я его обманула. Ни для кого я никакой не лягушонок. Но только вот он даже и понятия не имеет, до какой же степени можно не быть лягушонком…

2 3 4 5 6 7