Концерт по заявкам штандартенфюрера Штирлица

Шла ли речь о теологии, физике, психологии, музыке или математике — осведомлённость Макса Отто фон Штирлица всегда была на уровне не ниже среднего. Это общеизвестно, нет? Разумеется, имел он своё собственное мнение и о лирических песнях, которые слышал в театре, в кино, на стадионе, в ресторанчике, по радиоприемнику своего «Мерседеса», наконец. Достоверно известно его отношение к русским народным песням и к творчеству Эдит Пиаф («Non, je ne regrette rien…»). Но это были всё, так сказать, зарубежные голоса. А вот что именно он слышал (или, с очень большой вероятностью, — мог слышать) из великого множества «отечественных» шлягеров, годами лившихся на него со всех сторон бурным потоком? Попробуем реконструировать? Итак, начинаем концерт по заявкам Штирлица.

«In der Nacht ist der Mensch nicht gern' alleine…» (Марика Рёкк)

Штирлиц … Штирлиц пришёл в кинотеатр на встречу со связником. Давали «Девушку моей мечты» с Марикой Рёкк в главной роли. Происходившее на экране не трогало его и даже где-то раздражало: Штирлиц смотрел этот фильм в двадцать седьмой раз. Связник не появился и теперь…

Примерно вот так голос Ефима Копеляна описывал состояние Макса Штирлица, когда на экране очаровательная и капризная звезда варьете Юлия Кестер (в исполнении Марики Рёкк) лихо отплясывала, напевая при этом свою песенку «In der Nacht ist der Mensch nicht gern' alleine…» («Человеку трудно ночью оставаться одному…» — перевод пусть и не буквальный, но точный). Надо полагать, что в тот момент у штандартенфюрера были на уме совсем иные заботы. Впрочем, и в иное время проблемы чистой сердцем, но бесшабашной Юлечки едва ли, видимо, привлекли бы к себе его внимание…

После войны фильм «Die Frau meiner Träume» был выпущен (под названием «Девушка моей мечты») и в наш прокат. Он нравился Сталину, который, очевидно, понимал, что это именно то, что нужно советским людям, вынесшим на своих плечах невыносимую тяжесть кровопролитной жестокой войны. Мелодии фильма — и этой песенки тоже — были у нас широко популярны, и никто не обращал внимания на немецкий язык, как не обращали внимания на английский язык «Серенады Солнечной долины», потому что у подобных песен — один универсальный язык, язык простой и понятный всем.

Задорный, легко запоминающийся припев этой песенки стал у нас «визитной карточкой» и «Девушки моей мечты», и Марики Рёкк. А вот и оригинальный текст Вилли Демеля:

Jeden Abend steh' ich an der Brücke
Und verkaufe Blumen an manch Liebespaar,
Ich seh' den Glanz und das Leuchten ihrer Blicke,
Dabei wird mir ums Herz ganz sonderbar.
Meine Blumen möcht ich selbst mir schenken
Mich zu schmücken wie die allerschönste Braut,
Ich will so gern nur für Augenblicke denken,
Daß jeder Mann von mir spricht und nach mir schaut.
Es ist ein seltsames, schönes Gefühl,
Wenn auch das ganze ein Traum, nur ein Spiel:

In der Nacht ist der Mensch nicht gern' alleine,
Denn die Liebe im hellen Mondenscheine,
Ist das schönste, sie wissen was ich meine,
Einesteils und andrerseits und außerdem.
Denn der Mensch braucht ein kleines bißchen Liebe,
Grade sie ist im großen Weltgetriebe
Für das Herz wohl das schönste aller Triebe,
Einesteils und andrerseits und außerdem.

С помощью, например, автоперевода всегда можно получить представление о том, что же так волновало Юлечку Кестер и к чему совершенно был равнодушен штандартенфюрер Штирлиц… Послушаем песенку «In der Nacht ist der Mensch nicht gern' alleine…» (музыка Франца Гроте) в исполнении Марики Рёкк:

Подробнее о судьбе и о загадке Марики Рёкк можно прочитать в этой нашей декабрьской зарисовке.

«Ich weiß, es wird einmal ein Wunder geschehn…» (Зара Линдер)

В «Семнадцати мгновениях весны», правда, об этом нет ни слова, но Макс фон Штирлиц наверняка не раз слышал и песню, о которой я сейчас расскажу, и — кто знает! — может, она нравилась ему больше.

Зара Линдер Зара Стина Хедеберг (Zarah Stina Hedeberg) родилась в 1907 году в Швеции и долгое время там и выступала. В 1926 году она стала женой актёра Нильса Линдера, став известной именно под этой фамилией (Leander — я понятия не имею, как это должно произноситься. В подобных случаях мне обычно вспоминается анекдот из серии о бундесвере: «Рядовой Майер [Meier, Meyer, Maier, ..?], ваша фамилия пишется через «ei»? — «Никак нет, господин обер-лейтенант!» — «В таком случае, через «ey»? — «Никак нет, господин обер-лейтенант!» — «Значит, через «ai»? — «Никак нет, господин обер-лейтенант!» — «Черт возьми, как же вы пишетесь?!» — «Крюгер [Krüger], господин обер-лейтенант!»).

К середине 30-х годов она перебирается в Вену, где выступает в оперетте и снимается в кино. Удачное выступление в одном из фильмов даёт ей контракт с немецкой кинокомпанией «Универсум Фильм», и с 1937 года Зара становится одной из самых известных и любимых публикой актрис, снимаясь в мелодрамах в амплуа «роковой женщины» и соперничая иной раз и с такими звёздами, как Марлен Дитрих и Грета Гарбо. В 1943 году Зара покидает Германию и возвращается в нейтральную Швецию.

Масштабы успеха Зары Линдер можно себе представить на примере кинофильма «Большая любовь» («Die grosse Liebe»), в котором она играла главную роль и который в одном лишь июне 1942 года привлёк свыше 25 миллионов зрителей! Чрезвычайно популярными были в исполнении Зары Линдер и песни из этого фильма, благодаря которым она получила международное признание. Вот одна из них, «Ich weiß, es wird einmal ein Wunder geschehn…» («Я знаю, что чудо однажды случится…»):

Ich weiß, es wird einmal ein Wunder geschehn
Und dann werden tausend Märchen wahr.
Ich weiß, so schnell kann keine Liebe vergehn,
Die so groß ist und so wunderbar.
Wir haben beide denselben Stern
Und dein Schicksal ist auch meins.
Du bist mir fern und doch nicht fern,
Denn unsere Seelen sind eins.
Und darum wird einmal ein Wunder geschehn
Und ich weiß, daß wir uns wiedersehn!

Wenn ich ohne Hoffnung leben müßte,
Wenn ich glauben müßte, daß mich niemand liebt,
Daß es nie für mich ein Glück mehr gibt
Ach, das wär' schwer.
Wenn ich nicht in meinem Herzen wüßte,
Daß du einmal zu mir sagst: Ich liebe dich,
Wär' das Leben ohne Sinn für mich,
Doch ich weiß mehr:

Ich weiß, es wird einmal ein Wunder geschehn…

О чём поётся в этой песне? Судите сами (перевод опять же не буквальный, но точный):

Я знаю, что чудо однажды случится,
И сбудутся тысячи сказок.
Я знаю: так быстро любовь не проходит,
Она ведь огромна, она ведь прекрасна.
И наша звезда — одна на двоих,
Как наша судьба, твоя и моя.
Далёк от меня ты, но как ты мне близок,
Душою слилась я с твоею душой.
Поэтому чудо, конечно, случится,
Я знаю, любимый, что встретимся мы!

Зара Линдер Музыку этой песни написал известный в тогдашней Германии создатель песенных шлягеров Михаэль Яри (Michael Jary). Послушайте песню «Ich weiß, es wird einmal ein Wunder geschehn» в исполнении Зары Линдер — именно с тем немецким текстом, который приведён выше, хотя существует и второй её куплет:

Прослушанная вами песня, наряду с прочими, послужила для союзников основанием к запрещению Заре Линдер выступать в послевоенной Германии и в Австрии — песню эту сочли «пропагандистской». Отменить совершенно идиотское решение догадались довольно скоро, и уже в 1948 году Зара возобновила свои выступления для немецкоязычных слушателей. Она также снималась и в кино, но тот успех у зрителей, который был у неё в сороковые годы, уже не повторился. Справа — фотография Зары Линдер 1965 года. Стало быть, на этой фотографии ей 58 лет.

Зара Линднер скончалась в 1981 году в Стокгольме.

«Es geht alles vorüber…» (Лале Андерсен)

Лале Андерсен И вот что хотите со мной делайте, но я совершенно уверен, что песню «Es geht alles vorüber…» («Всё проходит…») Штирлиц не только хорошо знал, но и часто цитировал её текст в разговорах как с партайгеноссен, так и с фрау Заурих. Всё очень просто: эта песня, с таким жизнерадостным незатейливым мотивом, да ещё и в исполнении самой Лале Андерсен, была настолько широко известна и любима миллионами людей, что не знать её в то время было, пожалуй, невозможно.

А ведь кем была певица Лале Андерсен для миллионов людей в солдатских шинелях — по обе стороны фронта? Она была не кем иным, как воплощением Лили Марлен, героини шлягера всех времён и народов, которой адресовали эти люди свою тоску по мирной жизни, свои надежды на возвращение домой, на любовь (об удивительной судьбе песни «Лили Марлен» читайте в этой зарисовке). Даже открытки со своими фотографиями Лале Андерсен зачастую подписывала скромно и просто: «Лили Марлен». Одну из таких открыток с автографом Лале в качестве Лили мы здесь и видим… Вот первый куплет и припев этой песни:

Auf Posten in einsamer Nacht,
da steht ein Soldat und hält Wacht,
träumt von Hanne und dem Glück,
das zu Hause blieb zurück.
Die Wolken am Himmel, sie ziehn
ja alle zur Heimat dahin,
und Dein Herz, das denkt ganz still an sich:
«Dahin ziehe einmal auch ich».
Es geht alles vorüber,
es geht alles vorbei,
auf jeden Dezember
folgt wieder ein Mai,
es geht alles vorüber,
es geht alles vorbei,
doch zwei, die sich lieben,
die bleiben sich treu.

Припев песенки чрезвычайно прост, запоминается без труда и понятен всем:

Всё на свете проходит,
всё на свете пройдёт,
за декабрьским морозом
солнце мая придёт.
Всё на свете проходит,
всё на свете пройдёт,
только верность сердец
неизменна всегда.

Музыку к шлягеру написал довольно известный композитор Фред Раймонд (его настоящее имя — Friedrich Raimund Vesely), сочинявший популярную и лёгкую музыку. Давайте послушаем песенку «Es geht alles vorüber» в исполнении Лале Андерсен:

Простые и доходчивые слова рефрена, буквально вселявшие в людей (зачастую мало чем оправданный) оптимизм, моментально перешли в фольклор. Примерно к 1943 году резко пошла на убыль прежняя вера немцев в фюрера и созданную им партию. Это проявилось в многочисленных злых анекдотах про партию, проявилось и в том, в частности, что обычным и повсеместным вариантом исполнения рефрена всеми любимой песенки стало вот что:

Es geht alles vorüber,
es geht alles vorbei,
auf jeden Dezember
folgt wieder ein Mai,
es geht alles vorüber,
es geht alles vorbei,
zuerst fällt der Führer
und dann die Partei.

Слова о неизменной верности двух любящих друг друга людей естественно заменились на слова: «… вначале сгинет фюрер, а потом и его партия». (Варианты замены: «… Sogar Adolf Hitler, // Dann seine Partei»). Многочисленные источники отмечают: это явление носило массовый характер. Понятное дело, что такая популярность песенки немедленно повлекла за собой и запрет на её исполнение. Вообще, запретить исполнение песенного шлягера — дело довольно хлопотное, неблагодарное и глупое, и применять такую меру можно лишь в самом крайнем случае, с единственной целью: продемонстрировать, что власть ещё существует. Видимо, это и был тот самый крайний случай.

Песня «Es geht alles vorüber» намного пережила запретившее её ведомство. Её не распевают сейчас на каждом углу, но и в наше время её помнят, любят и при случае вспоминают. Даже в горячке политических полемик. Вот я читаю не столь уж давнюю статью Вячеслава Суслина, представляющую собой обзор прессы. Комментируя публикацию в «Независимой газете» об «ошибочности ставки на заведомо послушную бюрократическую партию власти», поскольку-де «многие страны мира (и наша в том числе) знают, с какой скоростью самоликвидируются такие партии при утрате популярности теми, чьим отражённым светом они сияют», Суслин замечает:

Эта мудрая мысль авторов статьи, адресованная президенту России, давно «отлита» в философско-стихотворной форме на немецком языке (к сожалению, не помню автора); предоставляю Владимиру Владимировичу Путину, владеющему немецким, насладиться языком оригинала:

Es geht alles vorüber,
Es geht alles vorbei.
Zuerst fällt der Führer
Und dann — die Partei.

Вот такой у нас получился концерт — из лирических песен на вечные темы. Запрещали их и те, и другие, по поводу и без — а они знай себе живут!

Es geht alles vorüber,
es geht alles vorbei,
auf jeden Dezember
folgt wieder ein Mai.
Всё на свете проходит,
всё на свете пройдёт,
за декабрьским морозом
солнце мая придёт.

Валентин Антонов, февраль 2006 года