Поймал себя на мысли, что не могу припомнить какое-нибудь жизнерадостное танго. Вот не кажется ли вам, что уже сама его мелодия непроизвольно настраивает мысли на философский лад? Другими словами, при звуках танго человек сразу начинает ощущать бренность бытия или, по крайней мере, неизбывную грусть. Нет, в самом деле, — ну что это такое:

Będziesz jeszcze dość tych niedziel miała,
a co ze mną będzie — któż to wie……
To ostatnia niedziela, moje sny wymarzone,
szczęście tak upragnione skończyło się…

«Впереди у тебя ещё много этих самых воскресений, а вот что будет со мною — никто не знает», — наподдельное отчаяние слышим мы в голосе Мечислава Фогга (довоенное польское танго «To ostatnia niedziela», или «танго самоубийц»).

Любые попытки спеть на мелодию танго более или менее легкомысленный текст — сама же мелодия немедленно и безжалостно пресекает на корню. Вот, например, популярная и очень весёлая радиопередача однажды попробовала… и что же в итоге получилось?.. Послушаем, что же получилось у «Радионяни». В роли Мечислава Фогга выступают Александр Левенбук и Лев Шимелов — под управлением Николая Литвинова. Начинают они очень даже жизнерадостно:

До чего ж сегодня день прелестный,
Солнце в небе празднично горит.
Освещает местность и окрестность
И теплом своим сердца бодрит.

Но лежит на пастбище корова,
Грустно смотрят карие глаза:
Чувствую, что ей пастух суровый
«Здравствуйте» сегодня не сказал

Ну, вот… и что я говорил?.. В итоге, даже в безобидном, казалось бы, тексте о непроизносимых согласных — «грустно смотрят карие глаза»

Танго — это эротика, это страсть, это любовь. «Любовь никогда не бывает без грусти», — напоминает нам известная песенка. И тут же делает оговорку: «Но это приятней, чем грусть без любви». Впрочем, это же слова из вальса, правда? А мы сегодня будем говорим о танго — только о танго. Точнее, о трёх знаменитых танго, написанных в начале и в середине 30-х годов.

Три десятка лет назад была у нас в стране выпущена скромная грампластинка с совершенно стандартным оформлением и с маловыразительным названием — «Танцевальная музыка 30-х годов». И стоила она тоже совершенно стандартно — 1 рубль 60 копеек. Не много, но и не так уж чтобы мало по тем временам. И всё-таки весь её тираж вмиг раскупили. Потому что многие представленные там «архивные записи» — пусть и без какого-либо упоминания об авторах и об исполнителях — для советских слушателей 70-х и 80-х годов явились полным откровением.

Мы вспомним оттуда всего лишь три мелодии, три песенных и танцевальных хита далёких 30-х годов. Составители грампластинки дали им такие названия: «Твоя песнь чарует», «Цыган» и «Дождь идёт». Что ж… пусть будет так.

Давайте же вместе вдохнём аромат того сумасшедшего межвоенного времени, послушаем эти удивительно красивые мелодии и вспомним связанные с ними имена — теперь уж, наверное, основательно подзабытые или неизвестные вовсе…

Итак, осторожно ставим ту старую пластинку: «Твоя песнь чарует», танго.

1. «Твоя песнь чарует»

Та самая грампластинка ТАНЦЕВАЛЬНАЯ МУЗЫКА 30-х ГОДОВ. «Твоя песнь чарует» («Un violon dans la nuit»)
Исполняет оркестр Адольфа Депранса

Грампластинка с той записью, которую вы сейчас прослушали, была в нашей стране впервые выпущена где-то во второй половине 30-х годов — вскоре после того, как эта действительно чарующая мелодия итальянца Чезаре Андреа Биксио (Cesare Andrea Bixio) покорила всю Европу.

Записал эту мелодию очень популярный в 30-е годы музыкальный коллектив во главе со знаменитым мастером аккордеона Адольфом Депрансом (Adolphe Deprince) — мы ещё услышим сегодня и другое танго в исполнении его оркестра.

Адольф Депранс прожил долгую жизнь: скончался он в 1995 году, в возрасте 94 лет. На вопросы о секретах его долголетия Депранс, лукаво улыбаясь, обычно отвечал: «Это всё потому, что я всю жизнь играл сидя, а не стоя». Его долгая жизнь музыканта оказалась, в общем, счастливой: ещё ребёнком познакомившись с аккордеоном, он уже к концу 20-е годов имел заслуженную репутацию виртуоза, покорив аудиторию всех сколько-нибудь значимых ресторанов и пивных на севере Франции. А потом был Париж, работа в кинематографе, сотрудничество с крупнейшими фирмами звукозаписи, совместная работа с такими популярными исполнителями, как Тино Росси, Эдит Пиаф и Морис Шевалье, учреждение Национального союза аккордеонистов Франции. В заголовок сообщения о смерти Депранса французская газета «Либерасьон» вынесла следующие слова: «Аккордеон теряет своего принца» (игра слов: prince — Deprince).

Но вернёмся, однако, к нашей «чарующей песне». Чезаре Биксио и тогда уже, в 30-е годы, был в Италии довольно известным композитором: в частности, именно он написал саундтрек к первому итальянскому звуковому фильму, и с этого-то и началось его многолетнее сотрудничество с кинематографом. Помимо нашего танго, за 82 года своей жизни Биксио написал и множество песен, которые входили в репертуары самых знаменитых итальянских певцов, включая Лучано Паваротти.

Так вот. Вполне естественно, что у итальянского композитора Биксио был итальянский же поэт-напарник — Бруно Керубини (Bruno Cherubini). И очень даже естественно, что самый первый текст к появившемуся в 1934 году танго, которое получило название «Violino Tzigano» («Цыганская скрипка»), был написан именно на итальянском языке:

Oh Tzigano, dall'aria triste e appassionata,
che fai piangere il tuo violino fra le dita,
suona ancora, come una dolce serenata,
mentre, pallido, nel silenzio ascolterò
questo tango che, in una notte profumata,
il mio cuore ad un altro incatenò.

Это только лишь самое начало «Violino Tzigano». О чём же там поётся? Поётся там о том, что на печальный и страстный плач цыганской скрипки лирический герой Б. Керубини отвечает плачем своего сердца, которое с ностальгией вспоминает тех, кто его (сердце) покинул. Поётся там и о страсти, унесённой ветром подобно этому танго любви. Упоминается там и цыганская душа скрипача, явно тоскующая по Венгрии. Наконец, лирический герой даёт также понять, что в этой ночной духоте его сердце приковано к кому-то далёкому.

Внимательный слушатель, однако, сразу же обратил внимание на то, что неизвестный исполнитель оркестра Адольфа Депранса поёт танго «Твоя песнь чарует» не на итальянском, а на французском языке. Да, это так. Вот что мы слышим на старой советской пластинке:

Chante, chante pour moi
Dans cette nuit de rêve
Blottie tout près de toi
La douceur de ta voix
Vient bercer mon émoi
Chante, chante pour moi
Quand ta chanson s'élève
Tout paraît à mes yeux
Plus beau, plus merveilleux
Dans cette nuit de rêve

Примерный перевод на русский язык выглядит следующим образом:

Пой же, пой для меня этой ночью грёз! Затаив дыханье, я словно бы качаюсь на волнах твоего мягкого голоса. Пой же для меня: при звуках твоей песни всё вокруг представляется мне в эту удивительную ночь волшебно красивым.

На самом деле, это всего лишь один припев французского варианта текста, который появился вскоре (в течение года) после итальянского текста Бруно Керубини и который получил гораздо большее распространение в Европе. С французским текстом мелодия Чезаре Биксио известна под названием «Un violon dans la nuit» («Скрипка в ночи»). А написали текст для танго «Un violon dans la nuit» два француза: Анри Вантар (Henri Vantard; под псевдонимом «Henri Varna») и Марсель Кабридан (Marcel Cabridens; под псевдонимом «Marc Cab»).

Что ж, давайте послушаем оба варианта? Танго «Violino Tzigano» прозвучит сейчас в исполнении Карло Бути (Carlo Buti), выдающегося итальянского певца, которого ещё при жизни называли золотым голосом Италии и итальянским Френком Синатрой. А французский текст, «Un violon dans la nuit», прозвучит сейчас в классическом исполнении знаменитого Тино Росси, уроженца Корсики (полушутя его считают вторым — после Наполеона Бонапарта — великим корсиканцем) и блестящего французского тенора. Слушаем, наслаждаемся и сравниваем:

Карло Бути Итальянский оригинал называется
«Violino tzigano». Поёт Карло Бути
Тино Росси Танго «Un violon dans la nuit»
в исполнении Тино Росси

К слову сказать, французы Анри Вантар и Марсель Кабридан в своём варианте текста напрочь исключили какие-либо упоминания о цыганах и, уж тем более, о Венгрии. Вскользь упомянув «груз печали» и грусть разлуки (а какое же танго без всего этого?), их лирический герой, в целом, преисполнен оптимизма и надежды на любовь и на радость жизни (ох уж эти французы!).

Приведём, симметрии ради, также лишь первый куплет «Un violon dans la nuit»:

Dans la nuit un violon joue presqu'en sourdine
Pour nous seuls, sa mélodie tendre et câline
Elle nous dit l'espoir d'aimer, la joie de vivre
Tous les deux sous le ciel clair écoutons-la
Doucement elle nous prend et nous énivre
Viens ce soir la murmurer entre mes bras

Как уже отмечалось, именно вариант «Un violon dans la nuit», с его отсутствием цыганской экзотики, получил во многих странах большую популярность и был переведён на многие языки. Вероятно, Польша является тут исключением: в основе польского текста лежит всё-таки «Violino tzigano». И причина тут кроется в биографии автора польского текста.

Саулу Бройдо (Saul Brojdo) к 1936 году, когда появились первые записи польского варианта этого танго, не исполнилось ещё и тридцати лет. Врач по образованию, он совсем ещё молодым человеком изучал медицину в Италии, где довольно близко познакомился с композитором Чезаре Биксио и даже изредка сочинял тексты для его песен. Вернувшись в 1931 году в Варшаву, Саул Бройдо, помимо врачебной практики (а он всю свою жизнь был, прежде всего, врачом), начал, одновременно, сотрудничать с польскими нотными издательствами в качестве автора текстов. И когда в 1934 году Чезаре Биксио и Бруно Керубини написали своё танго «Violino tzigano», Саулу Бройдо, вероятно, не составило особого труда перевести его с итальянского.

Впрочем, полноценным переводом это всё-таки назвать трудно. Скорее, Саул Бройдо ограничился переводом одного лишь припева. Но вот зато «cygańskie skrzypeczki» — цыганские скрипки, не в пример французам, он всё же оставил.

Новое танго сразу же вошло в репертуар прекрасно нам известного Мечислава Фогга (помните «танго самоубийц»?), но я хотел бы предложить вам послушать запись, сделанную в том же 1936 году другим популярным исполнителем — Стефаном Витасом (Stefan Witas). В ту пору слава этого певца была в Польше на самом подъёме. Уже в 1932 году, приняв участие в престижном конкурсе молодых исполнителей, он опередил два десятка конкурентов-теноров и занял первое место. Тогда же была выпущена и первая его грампластинка. К концу 30-х годов Стефан Витас являлся уже одним из самых популярных польских эстрадных исполнителей.

Его последнее выступление в том роковом десятилетии состоялось всего за 4 дня до начала Второй мировой войны. Почти год после этого Стефан Витас провёл во Львове, а потом вернулся в оккупированную немцами Варшаву. Главным же делом его долгой жизни (а скончался он лишь совсем недавно, в 2006 году, не дожив до своего столетнего юбилея всего два года) стали его блистательные выступления в варшавской оперетте.

В исполнении Стефана Витаса звучит танго, которое по первой своей строчке называется «Cicho grajcie mi wciąż» («Так играйте ж мне тихо, играйте»). Музыка итальянского композитора Чезаре Биксио, польский текст Саула Бройдо. Запись 1936 года:

Фабиан Перес «Cicho grajcie mi wciąż». Исполняет Стефан Витас и оркестр Ежи Герта (1936)

Право слово, такие вещи гораздо-гораздо лучше просто слушать (а ещё лучше — просто под них танцевать), чем пытаться вникнуть в смысл текста. Впрочем… вот вам и текст, если хотите:

Cicho grajcie mi wciąż,
O cygańskie skrzypeczki!..
Nieście piosnkę mą w dal,
ukołyszcie mój żal,
co dziś drga w sercu mem.
Cicho grajcie mi wciąż,
O cygańskie skrzypeczki!..
Niech cudowny wasz ton,
trafi gdzieś, do mych stron
i ukoi tęsknotę…

А вот вам и смысл, если таковой вообще существует:

Так играйте ж мне тихо, о цыганские скрипочки, так играйте ж! Уносите мою песенку далеко-далеко, убаюкайте печаль, что дрожит в моём сердце. Пусть чудесный ваш тон доберётся и до меня, успокоив грусть-тоску.

Короче говоря, классический текст танго: «Грустно смотрят карие глаза». С другой стороны — чего же вы хотите от сугубо танцевальной музыки?..

В самом конце 30-х годов, после того как у нас была выпущена грампластинка с записью «Un violon dans la nuit» (в исполнении оркестра Адольфа Депранса), мелодию Чезаре Биксио узнали и быстро полюбили и в нашей стране. «Твоя песнь чарует»… А что? Пожалуй, это ведь и есть самый короткий и самый точный перевод, не правда ли?..

2. «Цыган»

«Цыган»? Да. Очередное танго с нашей старой пластинки — и опять цыганская экзотика И ведь подумать только: кто бы тут писал тексты с цыганами? Если танго «Цыганская скрипка» появилась в как-никак фашистской Италии, то родиной танго «Цыган» стала Германия — впрочем, пока ещё не вполне нацистская. Именно там, в самом начале 30-х годов, впервые и прозвучали слова нового танго, автором которых был тридцатилетний Курт Швабах (Kurt Schwabach), к тому времени уже довольно известный в Германии поэт-песенник:

Zigeuner, du hast mein Herz gestohlen
Mit deiner Geige und mit deinem Gesang.
Zigeuner, du hast mein Herz gestohlen,
Ich muß dich lieben mein Leben lang…

Во всех справочниках и на всех этикетках указано, что авторами красивой мелодии являются два человека: Остин Эген (Austin Egen) и Франц Гроте (Franz Grothe). Трудно сказать, кому в этом тандеме принадлежала ведущая роль.

Осин Эген был на десяток лет старше своего напарника и слыл в артистических кругах веймарской Германии настоящим универсалом: он не только сочинял музыку, но и сам писал песенные тексты и даже был довольно популярным эстрадным певцом. До сих пор не вполне понятно, как он, родившийся в американском штате Висконсин, оказался, в конце концов, в Германии. Мраком неизвестности окутаны также и обстоятельства его смерти в августе 1941 года.

Что же касается Франца Гроте, которому в 1930 году исполнилось всего 22 года, то он стал впоследствии одним из самых значительных немецких композиторов и дирижёров. Гроте прожил весьма насыщенную работой и событиями жизнь. Впрочем, его карьера была довольно успешной и при нацистах: ещё в мае 1933 года вступив в нацистскую партию, Франц Гроте с 1940 года и до самого конца войны руководил в Берлине эстрадно-танцевальным оркестром Немецкого радио.

Им написано множество саундтреков к кинофильмам, среди которых, между прочим, был и такой популярный у нас в первые послевоенные годы «трофейный» фильм, как «Девушка моей мечты» («Die Frau meiner Träume»). Помните голос Ефима Копеляна?.. «Штирлиц пришел в кинотеатр на встречу со связником. Давали «Девушку моей мечты» с Марикой Рёкк в главной роли… Штирлиц смотрел этот фильм в двадцать седьмой раз…». …

В давнишней нашей статье «Концерт по заявкам штандартенфюрера Штирлица» можно найти и, при желании, послушать (в исполнении Марики Рёкк) песню Франца Гроте из фильма «Девушка моей мечты», мы же сейчас, как говорится, вернёмся к нашим цыганам.

Что же, в конечном итоге, получилось у Эгена—Гроте—Швабаха? Давайте послушаем одну из первых немецких записей этого танго (грампластинка 1932 года):

Одеон, 1932 «Zigeuner, du hast mein Herz gestohlen» в исполнении Людвига Бернхубера

Танго, которое вы только что прослушали, исполнил, судя по этикетке, Tanz-Orchester Dajos Béla — то есть, танцевальный оркестр Белы Дайоша (по-венгерски, как известно, имя и фамилия пишутся в обратном порядке; справедливости ради надо сказать, что в справочниках царит полная неразбериха относительно того, что тут считать именем, а что — фамилией).

А кто такой этот самый Бела Дайош? Немецкая Википедия нисколько не сомневается в том, что он был «ein russischer Geiger und Tanzkapellenleiter» (то есть, русский скрипач и руководитель танцевальных оркестров). Русская же Википедия делает немцам ответную любезность: это «немецкий скрипач, руководитель эстрадного оркестра».

Как вы, наверное, уже понимаете, все тут правы и все — неправы. Ибо на самом деле Бела Дайош — это вовсе не Бела Дайош (и не Дайош Бела, как написано в справочниках), а Лев Гойцман, который родился в Киеве (его рано умершая мать, кстати, была венгеркой), учился в Москве и к 30-м годам был руководителем одного из популярнейших танцевальных оркестров в Берлине (в 1931 году его оркестр завоевал престижную награду «Золотой граммофон»). Между прочим, молодой Франц Гроте являлся в оркестре Белы Дайоша пианистом.

Прослушанная вами запись — одна из последних, сделанных оркестром Белы Дайоша в Германии. Уже в следующем году, после прихода к власти нацистов, Бела Дайош эмигрирует — сначала во Францию, а потом и в Аргентину…

Что же касается того певца, чей голос только что прозвучал, то это, как написано на этикетке, некто Фред Лустиг (Fred Lustig). На самом деле, это всего лишь псевдоним Людвига Бернхубера (Ludwig Bernhuber), очень популярного в то время в Австрии и в Германии и очень активного исполнителя всевозможных песенных шлягеров, а также артиста эстрады. Впрочем, гораздо более Людвиг Бернхубер известен под другим своим псевдонимом — Луиджи Бернауер (Luigi Bernauer). Когда началась война, Бернхубер в составе фронтовых «агитбригад» поддерживал боевой дух немецких солдат. Одна из поездок, в январе 1945 года, стала для него последней…

Цыган, ты похитил моё сердце
своею скрипкой и своим пением.
Цыган, ты похитил моё сердце,
и теперь я обречён любить тебя всю жизнь…

Беда с этими цыганами, ей-богу. Немецкое слово Zigeuner — означает цыганцыганка по-немецки — это Zigeunerin). Выходит, Людвиг Бернхубер убеждает слушателей, что некий цыган настолько покорил своим пением его мужское сердце, что он клянётся ему в любви до гроба?..

Да ведь если б один только Людвиг Бернхубер! Вот уже и Лео Моноссон, который, можно сказать, сам похитил сердца всех женщин Веймарской республики (кстати говоря, воспитанник московской гимназии), поёт то же самое: «Zigeuner, du hast mein Herz gestohlen!..». Слушаем:

Лео Моноссон Лео Моноссон поёт танго «Zigeuner,
du hast mein Herz gestohlen» (1932)
Улла Билквист «Zigenare, du tog mitt hjärta från mig»
Поёт шведка Улла Билквист (1933)

Справедливости ради надо сказать, что в любви до гроба клялись неотразимым цыганам не только мужчины и далеко не только по-немецки. Послушайте это танго в исполнении шведской эстрадной певицы Уллы Билквист (Ulla Billquist) — не менее популярной в Швеции (особенно в годы войны), чем её знаменитая соотечественница Зара Леандер.

Два слова о дальнейшей судьбе тех, чьи голоса только что прозвучали. Немедленно после прихода нацистов к власти Лео Моноссон, из-за своего еврейского происхождения, перестал быть востребованным как артист, и на этом его творческая карьера — всего-то в 35 лет! — завершилась. Вторую половину жизни, до самой своей смерти, никаким певцом он уже не был. Вначале он бежал от нацистов во Францию, но в 1940 году нацисты пришли и туда. Затем Лео Моноссон ненадолго оказался в Испании, чтобы окончательно осесть в Соединённых Штатах. Известно также, что Лео Моноссон скончался в 1967 году на Ямайке…

Для Швеции тех лет Улла Билквист была явлением примерно того же порядка, что Лале Андерсен для Германии или Вера Линн для Англии. Впрочем, в силу особенностей её характера огромная популярность у слушателей была ей в тягость. Жизнь Уллы Билквист оборвалась рано и трагически: в июле 1946 года, в неполные 39 лет, она совершила самоубийство…

Мелодия Эгена—Гроте в довоенное десятилетие покорила всю Европу, а история Курта Швабаха о цыгане, чья колдовская скрипка заставила мужчин клясться ему в вечной любви, была переведена на многие языки. В августе 1937 года пластинка с записью этого танго была выпущена и у нас — под названием «Цыган (танго)». Запись эта была выполнена одним из самых известных в Европе оркестров под управлением Марка Вебера (Marek Weber). Именно эта запись стала в нашей стране как бы «канонической», именно она много десятилетий спустя была воспроизведена и на грампластинке «Танцевальная музыка 30-х годов».

Сейчас уже трудно с уверенностью сказать, чей голос мы слышим на этой грампластинке, но неизвестный певец рассказывает нам историю Курта Швабаха по-английски:

Zigeuner, your gypsy music calls me,
And with its magic you have stolen my heart.
Zigeuner, your song of love engross me,
And it will leave us when we'll apart…

(Zigeuner, твоя цыганская музыка манит меня, и её колдовством ты похитил моё сердце. Zigeuner, твоя песнь любви овладевает мной, и когда мы разлучимся, она покинет нас…).

Я специально оставляю здесь слово Zigeuner без перевода: это чисто немецкое слово, попав в англоязычный текст, уже потеряло там свойственное немецкому языку разделение по родам. В английском языке ведь что цыган, что цыганка — всё равно это Gypsy, а вот кто такой Zigeuner для англоязычных слушателей… да кто угодно! Zigeuner — он и есть Цигойнер

В исполнении оркестра Марка Вебера слушаем танго «Zigeuner, you have stolen my heart»:

Кеес ван Донген. Танго архангела ТАНЦЕВАЛЬНАЯ МУЗЫКА 30-х ГОДОВ. Оркестр Марка Вебера
исполняет танго «Цыган» («You have stolen my heart»)

Несколько слов о Марке Вебере. В известном смысле, этот выдающийся музыкант, выросший на Западной Украине, повторил после 1933 года печальную судьбу своего соплеменника Белы Дайоша. Яркая эстрадная звезда Веймарской республики, он после прихода к власти нацистов вынужден был эмигрировать из Германии и точно так же оказался за океаном — но не в Аргентине, как Гойцман-Дайош, а в Соединённых Штатах. К тому времени ему было уже почти пятьдесят. Ещё несколько лет Марк Вебер со своим воссозданным оркестром довольно успешно (хотя и без прежнего его «европейского» блеска) выступал и в Америке, но в послевоенные годы предпочёл вместо музыки заниматься сельским хозяйством…

Цыган, твоя музыка манит меня,
И её колдовством ты похитил моё сердце.
Цыган, твоя песнь любви овладевает мной,
И она покинет нас, когда мы разлучимся…

«Цыган, ты похитил моё сердце»… Представляю себе, как нелегко было работникам Грампласттреста тогда, в далёком в 1937 году, подобрать для этого танго подходящее название. Вероятно, в отчаянии они решили тогда написать на грампластинке просто и ясно — «Цыган».

Хм-м… Несколько расплывчато, конечно… но лучше, вероятно, и не скажешь!

Валентин Антонов, февраль 2010 года

В оформлении использованы работы ван Донгена (Kees van Dongen) и Переса (Fábian Pérez)

Перейти к окончанию: 3. «Дождь идёт»